Библиотека 
 История 
  Великобритании 
 Ссылки 
 О сайте 





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава пятнадцатая. Опасность на океанах

Уничтожение "Графа Шпее" в операции близ Ла-Платы в декабре 1939 года положило неожиданный конец первой германской кампании против нашего судоходства на океанских просторах. Бои в Норвегии, как мы видели, парализовали на данном отрезке времени германский флот во внутренних водах. То, что осталось от германского флота, нужно было сохранить для плана вторжения. Адмирал Редер, чье представление о ведении Германией войны на море было профессионально разумным, не без труда отстаивал свои взгляды на заседаниях в присутствии фюрера. Однажды ему даже пришлось противиться исходящему от армии предложению разоружить все тяжелые корабли и использовать их орудия для дальнобойных батарей на побережье. Однако летом он переоборудовал несколько торговых судов в замаскированные рейдеры. Они были сильнее вооружены, как правило, быстроходнее, чем наши вспомогательные, переделанные из торговых судов крейсера, и имели разведывательную авиацию. Пять таких судов ускользнули от наших патрулей и вышли в Атлантический океан в период между апрелем и июнем 1940 года, а шестое предприняло рискованное плавание в Тихий океан вдоль северных берегов России и Сибири. При помощи русского ледокола ему удалось проделать этот путь за два месяца, и в сентябре оно вышло в Тихий океан через Берингово море. Адмирал Редер ставил перед этими судами троякую задачу: во-первых, уничтожение и захват судов противника, во-вторых, нарушение планомерного судоходства и, в-третьих, рассредоточение английских военных кораблей для сопровождения и патрулирования в связи с необходимостью бороться с этой угрозой. Такая отлично разработанная тактика причиняла нам ущерб и создавала затруднения. К первым неделям сентября эти пять замаскированных рейдеров уже рыскали на наших торговых путях. Два из них действовали в Атлантическом океане, два других в Индийском, а пятый, минировав воды близ Окленда у Новой Зеландии, орудовал в Тихом океане. В течение всего года наши военные корабли столкнулись с ними всего два раза. 29 июля рейдер "Е" вступил в бой в южной части Атлантического океана с вспомогательным крейсером "Алькантара", но после боя, не давшего определенных результатов, скрылся. В декабре наш другой вспомогательный крейсер "Карнарвон Касл" снова атаковал близ Ла-Платы этот рейдер, которому также удалось скрыться, получив некоторые повреждения. До конца сентября 1940 года эти пять рейдеров потопили или захватили 36 судов общим водоизмещением 235 тысяч тонн.

В конце октября 1940 года наконец вступил в строй карманный линкор "Шеер". Когда вторжение в Англию было отложено, "Шеер" 27 октября покинул Германию и прорвался в Атлантику через Датский пролив к северу от Исландии. "Шеер" получил приказ атаковать конвои судов в северной части Атлантического океана, откуда эскортные линкоры были переброшены в качестве подкреплений на Средиземное море. Затем "Шеер" действовал в южной части Атлантического океана и в Индийском океане, и только в апреле 1941 года он возвратился в Киль, снова благополучно пройдя через Датский пролив. За пять месяцев плавания "Шееру" досталась богатая добыча - было потоплено или захвачено 16 судов общим водоизмещением 99 тысяч тонн.

* * *

Начиная с июня конвои (которые имели шифр W. S.*) каждый месяц в сопровождении сильного эскорта отправлялись вокруг мыса Доброй Надежды на Средний Восток и в Индию. В это же время многочисленные транспорты с войсками, ходившие между портами Индийского океана, и канадские войска, направлявшиеся непрерывным потоком в Англию через Атлантический океан, создавали почти непосильное напряжение для наших военно-морских сил. Нас не могло не тревожить то, что происходило на океанских просторах. Мы знали, что повсюду в южных водах ищут добычу замаскированные рейдеры, число которых нам было неизвестно. Военно-морское министерство должно было быть наготове во многих пунктах, должно было оказывать защиту тысячам торговых судов и могло гарантировать от прискорбных катастроф, пожалуй, только транспорты с войсками.

* (Только после войны я узнал, что эти буквы, которыми я так часто пользовался, представляли собой военно-морской термин, обозначавший "Уинстоновские специальные". - Прим. автора.)

* * *

Ко всем этим проблемам добавилась еще гораздо большая опасность. Единственное, что за все время войны действительно серьезно пугало меня, была угроза подводных лодок. Вторжение, как думал я еще до битвы в воздухе, потерпит крах. После же победы в воздухе мы могли бы дать славный отпор немцам. Мы могли бы топить и уничтожать ужасного врага в условиях, благоприятных для нас и, как он, видимо, понимал, неблагоприятных для него. Это была бы такая битва, которую в жестоких условиях войны можно вести с удовлетворением. Но сейчас под угрозой находилась наша жизненная артерия; ей угрожали даже на океанских просторах и в особенности на подступах к нашему острову. Эта битва меня тревожила даже больше, чем славные воздушные действия, получившие название битвы за Англию.

Насколько подводная война сократит наш импорт и судоходство? Достигнет ли она когда-нибудь таких размеров, что погубит нас? В условиях, когда все французское побережье от Дюнкерка до Бордо находилось в их руках, немцы, не теряя времени, создавали базы для своих подводных лодок и взаимодействовавшей с ними авиации на захваченной ими территории. Начиная с июля мы были вынуждены перестать пользоваться судоходным путем мимо Южной Ирландии, где нам не позволяли базировать свои истребители. Все судоходство должно было идти вдоль Северной Ирландии.

Потери, причиненные нашим торговым судам, были особенно тяжелыми в течение 12 месяцев, с июля 1940 года по июль 1941 года; после этого мы смогли утверждать, что битва за Атлантику выиграна Англией. Значительно более тяжелые потери были понесены тогда, когда Соединенные Штаты вступили в войну, и до того, как вдоль их восточного побережья была создана система конвоев. Но в то время мы были уже не одни. За последние шесть месяцев 1940 года мы понесли особенно тяжелые потери, которые несколько ограничивались только зимними штормами и истреблением подводных лодок противника, правда не столь значительным. Мы добились некоторых преимуществ, шире используя глубинные бомбы и пользуясь кружными путями, но угроза вторжения требовала большой концентрации сил в Проливах, а многочисленные суда для борьбы с подводными лодками, строившиеся в то время, вступали в строй медленно. Единственным надежным средством было обеспечение свободного входа и выхода в устья рек Мерсей и Клайд.

Уже в начале августа я был убежден, что будет невозможно руководить охраной западных подходов к устьям рек Мерсей и Клайд из Плимута.

Премьер-министр - военно-морскому министру и начальнику военно-морского штаба

4 августа 1940 года

"Непрекращающиеся серьезные потери на северо-западных подступах весьма прискорбны, и я хотел бы быть уверенным, что эта проблема будет решаться с таким же упорством и энергией, с каким военно-морское министерство решало вопрос о магнитной мине. По-видимому, контроль над этими подступами значительно ослабел. Теперь, когда мы перевели линию снабжения с юга на север, возникает вопрос, является ли Плимут подходящим командным пунктом? Следует ли создать новое командование в районе реки Клайд или же адмиралу Нэсмиту (командующему в Плимуте) переехать туда? Так или иначе существующий порядок не может продолжаться".

Я натолкнулся на сопротивление. В сентябре военно-морское министерство согласилось с моим мнением относительно перевода командования из Плимута на север, правильно заменив Клайд Мерсеем. Но прошло несколько месяцев, пока была осуществлена необходимая организация штаба с оперативными комнатами и сложной системой связи, а тем временем надо было довольствоваться какой-то импровизацией. Новое командование было поручено адмиралу сэру Перси Ноблу, который обосновался в Ливерпуле со своим большим и все возраставшим штатом в феврале 1941 года. Отныне Ливерпуль стал нашим самым важным штабом. Необходимость и преимущество такого важного изменения к этому времени признали все.

К концу 1940 года меня все больше и больше стало беспокоить зловещее сокращение нашего импорта. Мы не только теряли суда. Меры предосторожности, которые мы принимали для того, чтобы сохранить их, препятствовали торговому судоходству. Те немногие гавани, которыми мы могли теперь пользоваться, были перегружены. Оборот судов сократился, а период их плавания удлинился. Импорт был последним испытанием. За неделю, окончившуюся 8 июня, в разгар битвы за Францию мы доставили в Англию 1 201 535 тонн груза, не считая нефти. К концу июля импорт сократился с этой наивысшей цифры менее чем до 750 тысяч тонн в неделю. Хотя в августе положение значительно улучшилось, все же средняя еженедельная цифра уменьшилась, и в течение последних трех месяцев года она составила немногим более 800 тысяч тонн.

Однажды декабрьским вечером в оперативной комнате у меня на первом этаже состоялось совещание, на котором присутствовали только представители военно-морского министерства и моряки. Мы обсуждали все опасности и трудности, которые весьма обострились и о которых все присутствовавшие были отлично осведомлены. Я вспомнил о феврале и марте 1917 года, когда число судов, потопленных подводными лодками, так сильно увеличилось, что оставалось только гадать, сколько еще месяцев продержатся союзники, несмотря на все усилия королевского флота. Нельзя представить более убедительного доказательства опасности, чем проект, предложенный адмиралами. Мы должны были любой ценой, придавая этой задаче первостепенное значение, вырваться в океан. Для этой цели было предложено создать подводный ковер из динамита, который тянулся бы в море от внешнего конца Северного пролива, ведущего к устьям рек Мерсей и Клайд, до линии глубины в 100 фатомов* к северо-западу от Ирландии. Это подводное минное поле должно было иметь 3 мили в ширину и 60 миль в длину и тянуться от прибрежных вод в океан. Если бы для этой цели нужно было мобилизовать все имевшиеся у нас запасы взрывчатых веществ, даже в ущерб операциям на суше или оснащению наших войск, все равно было важно создать этот "ковер", учитывая, что другого выхода у нас не было.

* (Морских саженей.)

Я разъясню этот проект несколько подробнее. Много тысяч контактных мин предстояло установить на якорях под водой, не выше чем в 35 футах от поверхности. Этим же путем могли бы проходить, не задевая мин, все суда, снабжавшие Англию или доставлявшие наше вооружение и войска за границу. Однако подводная лодка, которая забралась бы в это минное поле, быстро взорвалась бы, и немцы убедились бы, что им нет смысла залезать в это минное поле. Это была чрезвычайная оборонительная мера. Но это было лучше, чем ничего. Это было последнее средство. В этот вечер было дано предварительное одобрение и даны указания разработать детали. Такая политика означала, что водолаз отныне будет думать только о шланге, связывающем его с поверхностью. Но он должен был делать и другую работу.

Однако в то же время мы отдали приказ береговой авиации установить господство в воздухе над выходами из устьев рек Мерсей и Клайд и в районе Северной Ирландии. Ничего нельзя было жалеть для выполнения этой задачи. Она имела первостепенное значение. Бомбардировки Германии отодвигались на второй план. Все пригодные машины, все летчики, все вооружение следовало сконцентрировать для этого контрнаступления истребителей против вражеских бомбардировщиков и контрнаступления надводных кораблей при помощи бомбардировщиков против подводных лодок на жизненно важных подступах к Англии. Много других важных проектов было отодвинуто в сторону, отложено или вообще отменено. Нужно было во что бы то ни стало дышать.

Мы увидим, какого успеха достигло это контрнаступление флота и береговой авиации в ближайшие несколько месяцев; как мы стали хозяевами у себя на подступах; как самолеты "Хейнкель-111" сбивались нашими истребителями и как подводные лодки задыхались в тех самых водах, где они рассчитывали задушить нас. Здесь достаточно будет сказать, что успех береговой авиации опередил подготовку динамитного ковра. Еще до того как этот проект серьезно отразился на нашей военной экономике, отчаянные оборонительные замыслы и планы стали терять актуальность, и мы снова расчистили сверкающим оружием подступы к нашему острову.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2014
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://uk-history.ru/ "UK-History.ru: Великобритания"