Библиотека 
 История 
  Великобритании 
 Ссылки 
 О сайте 





предыдущая главасодержаниеследующая глава

XX. Царствование Эдуарда VII

Чем ближе мы подходим к современности, тем более краткой должна становиться передача нами даже наиболее выдающихся фактов. Иначе автору статьи об общественном и политическом укладе Великобритании пришлось бы вторично подымать уже рассмотренные вопросы. По этой причине, говоря о непродолжительном правлении сына Виктории, мы ограничимся указанием одного лишь общего направления внутренней и внешней политики Англии за его время, не останавливаясь на рассмотрении ни отдельных законодательных мер, ни договоров и соглашении с иноземными государствами, ни даже тех учредительных актов, которыми было положено начало существованию конституций отдельных колоний и их союзов. В противном случае потребовалось бы составление специальной монографии об этом времени, - так разнообразна и значительна была деятельность самого короля, политических партий, правительства и оппозиции, в течение немногих лет, которые прошли между кончиной королевы Виктории и вступлением на престол ее внука, нынешнего монарха Георга V.

Ничто не позволяло предвидеть, что правление Эдуарда VII будет в числе наиболее удачных и оставит глубокий след на дальнейших судьбах Великобритании. От принца Уэльского, проведшего не только молодость, но и зрелый возраст в вынужденном обстоятельствами удалении от государственных дел, трудно было ожидать и необходимой подготовки, и той наблюдательности и такта, которые позволили ему определить значение переживаемой страною эпохи и содействовать успешному удовлетворению ее назревших нужд поддержкою той политики, какую преследовали сменявшие друг друга у власти торийские и вигийские кабинеты.

Эдуарда VII знали в молодости, как человека, посвящавшего свое время исполнению второстепенных поручений, которые одни возлагаемы были на него королевой Викторией, слишком ревнивой к власти, чтобы делиться ею даже с сыном. По желанию своих родителей, принца-супруга Альберта, быть может, в большей степени, чем королевы-матери, наследник престола получил книжное образование в Итоне и Оксфорде в искусственно созданном разобщении с людьми его возраста и под чрезмерно бдительным надзором приставленного к нему ментора. Прохождение учебников не породило в нем, по-видимому, большой склонности проводить время в академической среде, и в течение всей дальнейшей своей жизни он отдавал предпочтение не столько обществу ученых и литераторов, сколько веселой и непринужденной компании людей, интересующихся спортом, скачками, игрою, театром и светскими развлечениями. Но не все свое время принц Уэльский тратил на удовольствия. Он предпринимал так же, по поручению правительства, отдаленные поездки в колонии: Канаду, Австралию, Ост-Индию. Он постоянно поддерживал тесное общение, как с веселой компанией, так и с руководящими кругами континентальных столиц, и прежде всего Парижа; он умел приблизить к себе людей, хорошо знающих чужие страны: Маккензи Уоллеса, для которого Россия является столь же открытой книгой, как и Египет, Бодлея - автора, быть может, лучшего английского сочинения о современной Франции.

Эдуард VII вступает на престол не в легкое время: война с бурами, принесшая Англии столько утрат людьми и деньгами, еще продолжалась, отношения к Германии со времени известного письма Вильгельма II к Крюгеру были недружелюбны. Франция, недовольная тем, что своевременно не приняла предложения разделить с Великобританией риск и выгоды контроля за финансовой администрацией Египта, не прочь была выкроить себе владения по верхнему течению Нила и затеяла известную авантюру в Фашоде. Россия продолжала считать Англию ответственной за относительную неудачу своей политики на Ближнем Востоке и не могла простить лорду Биконсфильду его угрозы мобилизовать английский флот с целью помешать дальнейшему движению русских войск на Константинополь. Она знала, что, благодаря главным образом Англии, выгодный для славян Сан-Стефанский договор заменен был невыгодным Берлинским, при заинтересованном посредничестве "честного маклера", князя Биомарка. В Лондоне не прочь были приписывать с.-петербургскому кабинету ближайшие виды на Афганистан и отдаленные на Индию, хотя последних, по-видимому, никогда не было в действительности. В Персии, как и на Балканах, русская политика принуждена была, поэтому, считаться с явным или тайным противодействием англичан. Начавшаяся вскоре затем война России с Японией с несчастным столкновением нашей эскадры с мнимыми японцами и действительными англичанами - рыбаками в Гелле, едва не окончилась разрывом дипломатических сношений с Великобританией и вызвала заключение ее правительством оборонительного союза с Японией; из него только на днях исключены статьи, принятые на случай столкновения обоих союзников с Россией.

Ничто, таким образом, не говорило о ближайшем наступлении для Англии с новым царствованием эры мира и внутреннего строительства; а между тем этим именно и ознаменованы годы, протекшие со времени кончины королевы Виктории. Буры признали главенство Великобритании, и их ранее самостоятельная Трансваальская республика, вместе с Оранжевой, вошли составной частью в Южно-Африканскую федерацию. Конституционный акт 31 марта 1905 года сменился новым от 6 декабря 1906 года, более благоприятным расширению системы самоуправления. У буров создана двухпалатная система; главою исполнительной власти становится губернатор; пост его занимает прежний предводитель трансваальского войска - генерал Бота. При нем действует солидарный и политически ответственный кабинет. Парламентаризм, правильная смена партий у кормила власти, и правительство большинства упрочены на черном материке к югу от тропика (см. сочинение Фрица Гюсан, "Конституционное развитие Трансвааля в самоуправляющуюся колонию", 1909 г., на немецком языке). С другой стороны, Египет, сохраняя своего хедива, при номинальной зависимости от турецкого султана и с полной неограниченностью власти по отношению к подданным, остается всецело в зоне "английского влияния" и никакого другого, кроме английского (см. Отто фон Дунгерн, "Государственное право Египта". 1911 г., на немецком языке). Не только ничто не грозит со стороны России английскому владычеству в Индии, но и Афганистан стал, по-видимому, тем государством-буфером между русской и великобританской империями, каким между Францией и Германией являются Голландия и Бельгия. На Балканском полуострове английской дипломатии приходится более считаться с противодействием немецкого, нежели русского правительства, и то же можно сказать обо всей передней Азии с Анатолией. Багдадская железная дорога, проект которой одновременно предложен был задумавшим его предпринимателем на рассмотрение канцлера Бюлова и английского министра иностранных дел Лэнсдауна, до сих пор не проведена благодаря соперничеству двух великих держав Германии и Англии; если ей суждено осуществиться в будущем, то не без посредничества России. В Персии зоны влияния разграничены между Россией и Англией - причем вся южная часть страны, примыкающая к Персидскому заливу, обладание которым всегда считалось желательным для стран, владевших Индией, всецело отнесена к английской зоне.

Несмотря на готовность американцев поступиться выгодами протекционизма, когда речь идет о Канаде, существующая в ней федерация английских колоний продолжает дорожить своей политической зависимостью от метрополии в той же мере, как и своей автономией, ограниченной по отношению к одному лишь выбору наместника, по-прежнему принадлежащему "королю в парламенте". Австралийская федерация, не менее автономная, чем канадская, продолжает заявлять о своей готовности на случай войны служить Англии своим флотом и ополчением.

Озабоченная всего более мыслью о возможном соперничестве на морях с Германской империей, Англия не только продолжает строить на своих верфях новые дредноуты в таком числе, чтобы всегда иметь перевес над немецким флотом, но и высказывается решительно против приобретения немцами портов на африканском берегу Атлантического океана, в Марокко. Алжезирасская конференция и поддерживаемые английским двором притязания Франции и Испании быть единственными державами, непосредственно заинтересованными в делах Марокко, открывают для Англии в этом отношении возможность стоять на почве права и международного соглашения.

И все эти выгоды обеспечены английской политике счастливым отказом от дальнейшего поддержания тех дипломатических традиций, которые еще держались в первую половину царствования Виктории. Исконный враг - Франция - и после Ватерлоо считалась более опасной для целости Великобритании, чем стремившаяся к единству Германия; а прежняя союзница в войнах с Наполеоном - Россия, как стремящаяся к овладению Константинополем, - тем противником, которого всего более должна опасаться Англия, так как последствием успехов России было бы оживление спора о свободе плавания на морях и свободе торгового обмена, непримиримого с российским протекционизмом. По той же причине, как было уже отмечено, Англия легче мирилась с расширением японского владычества на восточном океане, чем с захватом русскими Манчжурии и северной Кореи. Япония открывает Дальний для торговых судов всего мира, тогда как мы упраздняем порто-франко во Владивостоке.

И, тем не менее, вслед за союзом с Францией, положившим конец всем распрям, повод к которым давал Египет, и позволившим Англии выйти из своего одиночества, тем более опасного, что ее соперница Германия одновременно могла опереться на Австрию и Италию, последовало, при посредничестве дружественной нам Франции, образование нового тройственного союза. Он позволил Англии не заботиться более о судьбе Индии, по крайней мере, со стороны ее северной границы, не страшиться вторжения русских войск в Афганистан и противодействия английскому влиянию в южной Персии, собственном Китае и Тибете. На случай столкновений с Китаем Англия может рассчитывать теперь на поддержку столько же ее давнишней соперницы - России, сколько и новой союзницы - Японии.

Если инициатива всех этих удачных межгосударственных соглашений и исходила каждый раз от английского кабинета, то последний действовал не только с ведома и согласия короля, но и при его ближайшем участии. Бывший принц Уэльский использовал в широкой степени те связи, какие установлены были им с руководящими кругами в республиканской Франции. Новые поездки в Париж, сопровождавшиеся свиданьями и с президентами Лубэ и Фальером, и с государственными деятелями и министрами, которым король охотно уделял время даже во время пребывания на водах, проложили путь к "доброму согласию", выразившемуся затем в тексте подписанных обеими сторонами соглашений.

Поездка принца Уэльского в Петербург на коронацию Александра III в свою очередь имела то положительное последствие, что рассеяла многие опасения, какие вызывала у англичан Россия. Близкое знакомство Маккензи Уоллеса с действительными стремлениями и желаниями молодой России также могли пролить при дворе короля Эдуарда правильный свет на вопрос о возможности согласить русские и английские интересы, как на Ближнем, так и на Дальнем Востоке, так, наконец, и в Персии. Когда, как говорят, благодаря ближайшему вмешательству короля Эдуарда, посредническому суду предоставлено было выяснить вопрос, на кого падает ответственность в печальных событиях, ознаменовавших пребывание эскадры адмирала Рождественского в английских водах, и тем самым избегнута была многими ожидавшаяся война, сделано было уже полпути к сближению. Свидание в Ревеле и несколько раз повторявшийся приезд в Петербург Маккензи Уоллеса, в помощь английскому послу Никольсону, сделали остальное. Тройственный союз осуществился; и если наша связь с Англией отличается меньшею горячностью, чем с Францией, то она, во всяком случае, более искренна, чем союз объединенной Италии с все еще удерживающей в своих руках итальянские Тироль и Триест империей Габсбургов.

Достигнутое всеми указанными мерами затишье использовано было англичанами для развития их внутреннего законодательства в том направлении, которое наметилось еще в конце царствования Виктории. Две главные партии продолжали соперничать между собою в проведении реформ, клонящихся к тому, чтобы продолжить мирную трансформацию аристократической Англии в демократическую, расширить права и улучшить материальное положение трудового народа столько же в деревне, сколько и в городах. Перечислять все те акты, которые были проведены через парламент с этой целью, я не буду. Для меня достаточно сказать, что, рядом с постановкой вопроса о реформе верхней палаты и обращении ее из наследственной камеры в наполовину избираемый "совет общин Англии", подобный в этом отношении французскому сенату; рядом также с ограничением права палаты лордов служить тормозом при проведении демократической реформы налогового обложения, распространяемого на весь так называемый unearned increment, т. е. на не обусловленный собственными усилиями и затратами прирост дохода, введен восьмичасовой рабочий день для горнорабочих, принят принцип обязательного минимума заработной платы для потогонных производств и поставлено на очередь наделение батраков землею при содействии правительства, не отступающего для этого даже от принудительного выкупа, но не по справедливой оценке, а по рыночной цене. Прибавьте к этому внесение канцлером Ллойдом Джорджем законопроекта о страховании рабочих, при участии в расходах как их самих, так и предпринимателей и государства, не только от болезней и инвалидности, но и от безработицы. Следует при этом иметь в виду, что такое страхование распространено по возможности на все виды оплачиваемого труда, и что в этом, как и во многом другом, английским проектом превзойдены образцы обязательного страхования рабочих, преподанные и Германией, и Новой Зеландией. Соображая все сказанное, приходишь к заключению, что Англия идет в настоящее время во главе стран, решивших порвать с принципами физиократии и фритредерства, с политикой laissez faire, laissez passer. Идея невмешательства государства сменилась обратной - "обеспечения им возможного счастья для возможно большего числа граждан".

Такое направление, конечно, не может быть окрещено термином социалистического; ему не была чужда и радикальная партия с Бентамом во главе. Но, во всяком случае, оно свидетельствует о полном разрыве Англии с тою системою самопомощи, self-help, из-за преданности которой она долгое время ставилась либералами в образец всем другим странам, не успевшим якобы порвать с традицией и практикой полицейского государства.

Англия снова возвращается на тот путь, который открыт был ей законодательством Елизаветы об обязательной помощи безработным и призрении приходами их нищих. Признание "права на труд" было первым звеном в длинной цепи законодательных мер, призванных если не отменить, то ослабить несчастные последствия имущественной необеспеченности и народной темноты.

Англия по-прежнему продолжает оставаться образцом для других стран мира. Но достойные подражания стороны ее быта возрастают в числе присоединением к прежним еще одной - заботливости сильных о судьбе слабых. Счастливо исчезает противоречие политической свободы англичан с неравенством условий, в которых для различных классов протекает неизбежная борьба за существование. Многое уже сделано для смягчения контрастов; еще более остается сделать в будущем. Мы присутствуем если не при самом начале, то при одной из ранних стадий того социального законодательства, которое призвано если не уничтожить вполне, то ослабить рознь между капиталом и трудом.

Я заканчиваю свой очерк исторических судеб Англии под свежим впечатлением двух новых побед английской демократии: лорды, скрепя сердце и желая избежать большего зла вынужденным согласием на меньшее, в решительную минуту отказались от своих поправок; верхняя палата сохраняет одно относительное veto. Одновременно телеграф принес известие о том, что, по предложению Ллойда Джорджа, общины приняли проект оплаты депутатам жалованья в четыре тысячи рублей в год. А это, очевидно, освобождает их от необходимости обладать значительными личными средствами и дает избирателям возможность не ограничивать своего выбора никакими материальными условиями.

Конец аристократии - как показывает пример Венеции и Польши, не говоря уже о Франции "старого порядка", - доселе всегда был насильственным. Современная Англия впервые дает нам пример мирной революции, вынужденной ходом истории, перемещением роли руководителей в общественном и политическом прогрессе страны из рук землевладельческой аристократии в руки торговцев, промышленников и рабочих.

Английская демократия не замедлит воспользоваться своей победой, чтобы более справедливо разложить бремя налогов между владетельными классами и позволить казне получать часть нужных ей средств с "незаслуженного роста" земельной ренты, вызываемого скученностью населения или вновь возникшими путями обмена.

Но от торжествующей в Англии демократии мы вправе ждать и другого решения, также внушаемого ей и справедливостью, и политическим рассчетом. Общины Англии не должны терять из виду, что победа над лордами обеспечена им поддержкой ирландского народа, а последний давно ждет от них той автономии, какой пользуются другие части Великобританской федерации: Канада, Австралия, южная Африка. Настал час для осуществления мыслей и желаний, нашедших в прошлом таких мощных выразителей, как О'Коннель и Гладстон. Час ирландского гомруля настал.

Литература:

* (Статья написана до мировой войны; новейшую историю см. "Великобритания в цикле "Четырехлетняя война и ее эпоха" (47-й том).)

Летописи (кроме Bede, "Ecclesiastical History of England", довед. до 731 г.), William of Malmesbury (до Стефана), Matthaei Parisiensis (до 1236 г., Rolls Series), Froissart'a, Walsingham'a (1272-1422 в Chronica Mon. S. Albani, изд. Rolls Series), Grafton'a, Holinshed'a (1577), Stow ("Annals", 1592), Polydori Virgilii, "Historia Anglica" (1534), Twysden'a (Historiae anglicanae Scriptores X; 1652) и монастыр. хроники, напечат. в серии "The Chronicles and Memorials of Gr. Britain and Ireland" (т. наз. Rolls Series). Первоисточники: Thorpe, "Ancient Law and Institutions of England" (Rolls Series); "Domesday Book" (4 т., Record Commission), "Patent Rolls", "Close Rolls", "Rotuli Hundredorum", "Abbreviatio Placitorum", Rymer's, "Foedera", "Parliamentary Rolls" (1278-1508), "Statutes of Realm" (от Вел. Хартии до конца правления королевы Анны); "Valor Ecclesiasticus"; Nicolas, "Proceedings and ordinances of the Privy Council of England" (1886-1542); Dasent, "Acts of the Privy council of England". New Series (1542-1604), серия Calendars of State Papers и др. изд. Record Commission. Hansard's Parliamentary Debates. Много ценных памятников издано также частными обществами: Camden Society (с 1838 г.), Royal Historical Soc. (с 1868), Harleian (с 1869), Early English Text Soc. (1864), Ballad Soc. (1868), Roxburghe Club (1812), Selden Soc. (1887), Surtees Soc. и др. Важна также серия Victoria County History.

Общие сочинения. Hume, "History of England" (6 т., 1754/63); Lingard, "Hist, of E." (8 т., 1819/30); Hallam, "Constitutional History of England" (1827); Ranke, "Englische Geschichte, vornehmlich im XVI und XVII Jahrhundert" (4 изд., 9 т., 1877); Lappenberg und Pauli, "Geschichte Englands" (5 т., 1834/58) и продолжение Brosch'а (5 т., 1890/97). Новейшие сочин.: Грин, "История англ. народа" (р. п., 4 т., 1891/3); "Общественная жизнь Англии" под ред. Трайля (р. п., 8 т., 1897/99); Hunt and Pole, "Political History of England" (изд. Longmans, 12 т., оконч. в 1907 г.; отдельные периоды разработаны Hodgkin, до 1066 г.; Adams, 1066-1216; Tout, 1216-1377; Oman. 1377-1485; Fisher, 1485-1547; Pollard, 1547-1603; Montague, 1603-1660; Lodge, 1660-1702; Leadam. 1702-1760; Hunt, 1760-1801; Brodrick, 1801 - 1837; Low и Sanders. 1837-1901); Oman, "History of England" (может быть рекомендована для перевода); соответственные тома в популярной "Story of the Nations" (изд. Fischer - Unwin); два из них принадлежат Mac-Carthy ("Modern England before the Reform bill" и "England under the Queen Victoria").

Сочинения по отдельным периодам. Средние века. Stubbs, "Constitutional History of England"; Kemble, "Saxons in England" (1849); K. Maurer, "Ueber Anglosächsische Rechtsverhältnisse" (1853); Freeman, "History of the Norman Conquest"; его же, "History of William Rufus"; Round, "Feudal England"; Gairdner, "The Houses of Lancaster and York" (6 изд. 1874).

Тюдоры. Brewer, "The Reign of Henry VIII" (2 т., 1884); Froude, "History of England" (12 т., 1856-70, обнимает период 1529-1588); Beesley, "Hist, of the Reign of Elisabeth"; Busch, "England unter den Tudors" (1892); Strype, "Ecclesiastical Memorials" (1822); Pollard, "England under Protector Somerset" (1900); Russell, "Rett's Rebellion in Norfolk" (1859).

Стюарты и революция. Gardiner, "History of England, 1603-42" (10 т., 1883/4); его же, "History of the Great Civil War 1642/9" (4 т., 1886); его же. "History of the Commonwealth and Protectorate 1649/56" (4 т., 1903); его же, "Oliver Cromwell" (1899); Гардинер, "Пуритане и Стюарты 1603-1660" (р. пер., 1896); Clarendon, "History of the Rebellion and Civil Wars in England" (3 т., 1702-4, нов. изд. Macray, 6 т., 1888); Штерн, "История революции в Англии" (вышло на нем. яз. 1881, р. пер., 1900); Бернштейн, "Общественное движение в Англии XVIII в." (из "Geschichte des Sozialismus", т. I, ч. II, 1895); Морлей, "Оливер Кромвель" (1901); С. Фортунатов, "Генрих Вен".

XVII столетие. Маколей, "История Англии от восшествия на престол Иакова II" (р. п. в собрании его сочинений, изданном Тибленом в 1861-1864 гг.).

XVIII столетие. Lecky, "Hist. of Е. in the XVIII - th Century" (8 т., 1887/95).

XIX столетие. Сили (Seely), "Расширение Англии" (1903); Mac-Carthy, "History of our own Times 1837-1901" (7 т., 1879-1905); Morley, "Life of W. E. Gladstone" (3 т., 1903).

Экономическая и социальная история (кроме цитированных в тексте): Thorold Rogers, "History of Agriculture and Prices in England" (7 т., 1866-1902); Роджерс, "История труда и зараб. платы в Англии с XIII по XIX век" (р. п. 1899); Нассе, "О средневековом общинном землевладении в Англии" (1879, пер. с нем.); сельскохозяйственное описание отдельных графств и районов Англии, исполненное Board of Agriculture в 1794 - 1815 (ряд монографий); сочинения Marshall'а и Arthur Young'а; Seebokm, "The English Village Community" (1888); его же, "The Tribal System in Wales" (1895); его же, "The Tribal Custom in Anglo-Saxon Law"; Maitland, "Domesday and Beyond" (1897); его же, "Township and Borough" (1898); Эшли, "Экономич. история Англии в средние века" (р. п., 1897); Виноградов, "Исследования по социальной истории Англии" (1887); его же, "Villainage in England" (1892); его же, "The Growth of the Manor" (1905, p. пер. печатается в журн. Мин. Нар. Просв., 1910-11); его же, "The English Society in the Eleventh Century" (1908); Ochenkowski, "Englands wirtschaftiiche Entwickelung am Ausgang des Mittelalters" (1879); Петрушевский, "Восстание Уота Тайлера" (2 т., 1896-1902); Ковалевский, "Общественный строй Англии В конце средних веков" (1880); его же, "Экономический рост Европы до возникновения капиталистического хозяйства" (3 т., 1900; главы, относящиеся к Англии); Савин, "Английская деревня в эпоху Тюдоров" (1903); его же, "Английская секуляризация" (1906); Гранат, "Обезземеление крестьянства в Англии" (1908); Reville et Petit-Dutaillis, "Le Soulevement des travailleurs d'Angleterre en 1381" (1898); Кеннингем, "Рост английской промышленности" (р. пер., 1904); Mrs Т. R. Green, "Town-life in the XV-th Century" (2 т., 1895); Гельд, "Развитие крупной промышленности в Англии" (р. п., 1899); Prothero, "The Pioneers and Progress of english Farming" (1888); Gross, "The Gild Merchant" (2 т., 1890); Brentano, "On the History of Gilds" (1870); Eden, "The State of the Poor" (1797); Тойнби, "Промышленный переворот в Англии в XVIII ст." (р. п. 1898); Hasbach, "А History of the english agricultural Labourer" (1-е изд. на нем. яз. 1894, англ. изд. 1908); Slater, "The english Peasantry and the Enclosure of Common Fields" (1908); Маркс, "Капитал" (т. I); Энгельс, "Положение рабочего класса в Англии" (1-е нем. изд. 1845, р. п., 1905); Геммедж, "История чартистского движения" (2-е англ. изд. 1890, р. п. 1906); Шульце-Геверниц, "Крупная промышленность" (пер. с нем., 1897); С. и Б Вебб, "История рабоч. движения в Англии"; их же, "Теория и практика англ. тред-юнионизма"; Янжул, "Английская свободная торговля" (2 т., 1876 и 1882); "Социализм в Англии", под ред. С. Вебба; P. de Rousiers, "The Labour Question in Britain" (пер. с франц.); Bry, "Histoire industrielle et economique de l'Angleterre" (1900, компилятивная, но полезная работа); Туган-Барановский, "Промышленные кризисы" (историческая часть, 2 изд., 1900).

Английское право и конституция: Polllock and Maitland, "History of the English Law" (2 т., 2 изд., 1898); Mainland, "The Constitutional History of England" (посмертное издание); Гнейст, "История государ. учреждений Англии" (р. п. 1885); его же, "Das englische Verwaltungsrecht" (1886); его же, "Selfgovernment, Communalverfassung und Verwaltungsgerichte in England" (1871); Taylor, "The origin and Growth of the English Constitution" (2 т., 1889-90); M. Ostrogorsky, "La democratie et organisation des partis politiques" (1903, 2 т.; 1 том посвящен Англии); Джефсон, "Платформа" (р. п. 1902); Дайси, "Основы госуд. права Англии" (р. п. 1891); Dicey, "Law and public opinion in England" (1905); Thorn May, "Constit. History of England" (2 т., 1861-63); S. and B. Webb, "English Local Government from the Revolution" (3 т., 1904-8).

М. Ковалевский.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2014
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://uk-history.ru/ "UK-History.ru: Великобритания"